Хо Ань Тхай. Рассказы - перевод Куинь Хыонг

Книги, статьи и цитаты. Авторы.

Модератор: tykva

Хо Ань Тхай. Рассказы - перевод Куинь Хыонг

Сообщение tykva » 06 мар 2016, 17:19

Наливание соджу*

Рассказ
Хо Ань Тхай

Работа Международной конференции писателей в Бусане, в которой я принимал участие, завершена. Все делегаты собираются покинуть гостиницу, разъезжаясь по своим странам. Я бы тоже собрался, как и все, домой, если бы кореец-переводчик, который сделал перевод моей книги на корейский язык, не приехал специально за мной в Бусан, приглашая к себе в гости в столицу. Он преподаёт мировую литературу в Сеульском университете, является одновременно переводчиком и литературным критиком, случайно прочитал мою книгу на английском языке, и, найдя её интересной, решил сделать перевод с английского на корейский, после чего включил её в состав лекций, которые читает своим студентам.

Вечер окутывается холодной серостью, когда мы с ним прогуливаемся по дороге вдоль моря, и с нашего места виден пляж, на котором некоторые купальщики ещё играют с волнами. Восхищаюсь ими, ведь при 5-градусной температуре я надеваю пальто, шапку и шарф, а там на пляже купаются. Жители Бусана отличаются южной физической выносливостью, говорит он. Бусан или Пусан, спрашиваю я, ведь я заметил - название этого южного портового города пишется по-разному в разных источниках. Бусан или Пусан, он говорит, всё равно - это тот же самый город, по произношению людей на разных местных диалектах. Понятно – ведь на нашем юге Вьетнама коренные жители также не различают п и б.

Он позвонил и позвал двух своих друзей на ужин. Те были его одноклассниками в столичной школе, после школы они разъехались в поисках собственных жизненных путей. Те двое поехали в Бусан, поэтому им редко выпадали шансы встретиться. Один из них теперь владеет кафе с интернетными услугами, полушутя описывает он свою работу, как сидит сиднем и смотрит, как молодежь играет в онлайн-игры. Другой торгует морскими деликатесами. Ты теперь профессор, хочу доверить тебе сына, который в следующий год поступит в столичный вуз. Они непринуждённо обменивались такими фразами, обычными между близкими друзьями, которые давно лично не встречались, и поочередно мне наливали соджу. Я помню, что они проявляли очень прилежную заботу, когда наливали соджу сотрапезникам. Помню, что вечер мирно прошёл в довольно многолюдной пивной лавке, было весело, но нешумнo. Ещё помню щупальцы каракатицы, которых мы ели живьём, еще судорожно двигающиеся в соуснице с соевым соусом и горчицей. Всё, что попадает людям живьём на стол, ловится в открытом океане, вдалеке от суши, где морская вода чиста, ещё не загрязнена промышленными отбросами. Это он так объяснил.


***

Я не намерен рассказывать о Бусане. Всё вышесказанное только для того, чтобы рассказать о корейце-переводчике, который приехал за мной в Бусан, приглашая к себе в гости в Сеул. Поездка на скоростном поезде KTX со средней скоростью 350 км в час длится чуть более 2 часов. Билет стоит 90 тысяч вонов, что немножко меньше суммы, потраченной на вчерашний ужин на четверых людей.

Железнодорожный состав стрелой летит на север по рельсам между защитными стенами высотой более 4 метров. Невольно мне в голову пришла мысль, что в нашей стране, наверно, найдутся сорвиголовы, которые перелезут такую высокую стену и любой ценой проникнут на скоростную железную дорогу, с риском смерти под колёсами, отвинтив на рельсах винтики и болтики, украдут и продадут их потом на чёрном рынке за несколько десятков тысяч донгов.

Я тоже не намерен рассказывать о поездке на этом скоростном поезде. Помню только, что он не позволил мне платить за ужин и за билет. На территории Южной Кореи я являюсь его гостем. Так он говорит. Когда он поедет во Вьетнам, тогда он станет моим гостем.

***

В Сеуле он собрал своих литературных приятелей для приёма гостя. Они вместе делают двуязычный литературный журнал, на корейском и английском языках. На страницах своего журнала они публиковали некоторые мои произведения, однако , только сейчас впервые могут встретиться со мной живьём. Продолжается весёлое застолье.

Среди литераторов, поэтов, писателей и редакторов была одна девушка. Она всегда сидит молча, улыбаясь, следит за тем, кто выпил свой чашку, чтобы подлить. Очередь дошла до меня, она подняла бутылку, собираясь налить мне, но я взял из её рук бутылку – мол, и сам могу. Ой нет, нельзя, ведь согласно корейскому этикету за столом, сотрапезники наливают соджу друг другу, но никак не себе. Нет. Мой знакомый переводчик говорит и объясняет – если ты берёшь и сам себе наливаешь, этим самым жестом ты говоришь всем присутствующим, что они тебе не нужны.

Aх, вот что значит: за день в дороге корзину знаний соберёшь! Ведь бывают такие обычаи, если непосредственно тебя не научат, то ты никогда сам не узнаешь.

Обрати внимание, дорогой гость, девушка, которая тебе соджу наливает, среди нас является литературным явлением. Говорит мне один писатель, улыбаясь. Девушка также мило улыбается, сохраняя молчание. Она у нас работала корректором, готовя к печати черновики нашего журнала. Добавил один редактор, уже без улыбки. Девушка, как прежде, молча сохраняет свою неизменную улыбку.

Однако на следующий день я своими ушами услышал историю литературного явления от первого источника, то есть от самих её уст, во время похода по сеульскому рынку Намдэмун, чтобы купить сувениры, корейский женьшень и лечебные грибы рейши.

***

От своей редакции она шла пешком ко мне в гостиницу, отсюда мы с ней пешком пошли на рынок. Рынок находится у столетных южных ворот города, построенные из дерева ценных пород. Несколько месяцев спустя, уже в Ханое, я получил новость о пожаре этих самых ворот. Будто городские власти у одного торговца необоснованно отобрали землю, и после безполезных тяжб в суде в порыве негодования тот поджог исторические ворота. Я и сейчас вспоминаю эти ворота с сожалением.

Девушка мне говорит, я сама должна проводить тебя по рынку покупки сделать, потому что, если пойдешь один, чего доброго, по неопытности накупишь китайских товаров. Да, я понимаю, каждая земля имеет своего покровителя. Я покупаю маленькие бронзовые колокольчики, к которым привязаны малюсенькие карпы на ярких верёвочках, издающие веселые звуки при каждом ветерке, куклы в разноцветных корейских традиционных костюмах ханбок. Маленькие сувениры поднимают моё настроение, и, вероятно, облегчают ей начало разговора.

Она стала литературным явлением благодаря ряду случайностей. Как и появление всех застольных посиделок с выпивкой у литераторов и писателей. Как и появление всех других явлений в литературе. Однажды в неком литературном журнале были опубликованы рассказы, подписанные её именем. Вздрогнули. Возбудились. Взволновались. Литераторы и читатели вздрогнули от появления нового пера, под девичьем, пока никому неизвестным именем, пишущем о горном и речном отдаленном районе Хадонг. Возбудились слухи, что она очень молода. Что она, кажется, родом из самого данного горного района. Кажется, не имеет высшего образования.

Все слухи оказались верными. Она попала в редакцию на работу корректора в результате чистой случайности. В редакции работает школьный друг её отца, который родом из этого района Хадонг. Однажды во время очередного посещения родной деревни этот редактор заехал навестить старого друга, её отец попросил друга оказать протекцию своей дочери, ведь она только что закончила школу, ей хочется увидеть столицу, прошу тебя взять её с собой в Сеул и найти для неё подходящую работу. И мечта её отца стала явью. Она поступила на работу в редакцию сначала в качестве уборщицы, затем редакторы дали ей необходимые знания и научили её навыкам для работы в качестве корректора. Её жизнь так и могла бы мирно протекать, если бы в один прекрасный день не вышли в свет эти рассказы, подписанные её именем. Так она стала литературным явлением.

Шумиха вокруг нового имени ещё не утихла, когда однажды во время застолья писателей и редакторов, вскочил вдруг один состоявшийся писатель. Хлопая ладонью по своей груди, он заявил, что нет никакого литературного явления, нет никакой новой молодой писательницы, это всё я. Я Ким Сун Ми.

Ким Сун Ми ведь это её настоящее имя. Этим именем и подписаны все эти рассказы.

Время было весёлого застолья, деликатесы горой на столе, соджу рекой разливается, никто не обратил на его заявление внимание. И разговор продолжился другими темами.

Только она одна знает, что это правда.

***

Этот писатель на самом деле является настоящим автором рассказов. Он и публикует свои рассказы под её именем. Он использует её настоящее имя как свой псевдоним. Ведь до этого он иногда давал ей почитать свои неопубликованные рассказы, и она хвалила его, что рассказы хорошие. Дело в том, что она действительно думает, что эти рассказы интересные, так как в этих, и в других, которые он дал ей почитать перед опубликованием, он пишет о её родной деревне, где гора Чирисан и река Сомчин. А когда эти рассказы напечатали под её именем, он попросил её принять их как свои, то есть на самом деле ей ничего не надо делать, просто на все вопросы молчать и улыбаться в ответ на них. Ведь молчание и улыбка являются тоже красноречивыми ответами на интервью. Люди никогда не додумаются, что писатель молчит и улыбается, потому что на самом деле в голове пусто, нечего сказать!

И началось-наведалось так много интервью от СМИ. Писатель все её действия заранее запланировал, она по его сценарию исправно всякий раз себя ведёт. Она никогда не даёт согласие на живое, непосредственное интервью или непосредственную встречу с журналистом. Напишите мне свои вопросы и пришлите по почте или по е-мейлу. Через несколько дней получите ответы, также в письменной форме - каким образом получены вопросы, таким образом и отправлены ответы. Интересные, мудрые, в литературном хорошем стиле изложения. Порой серьёзные, порой с юмором , а иногда бывают и наивные, с нарочной глупостью, свойственной малообразованным выходцам из горного отдалённого района. Опытный писатель пишет для неё эти ответы, войдя в её роль, он слишком хорошо играет её роль. Несколько лет спустя, когда она выросла, приобрела опыт поведения в литераторно-публицистическом круге, он подумал, что пора, можно иногда дать ей выйти на свет, появиться в интервью с прямой трансляцией на телевидении или на встрече с читателями. Перед каждым событием он с ней работал по полдня, отрабатывал с ней основные темы и предупреждал её о возможно неожиданных, возникающих в ходе живой беседы вопросах.

С такой подготовкой она смело вышла на свет. Что вы можете сказать о своей родной деревне, вне своих рассказов? Что вдобавок к рассказам? Гора невысока и река неглубока. У нас в деревне говорят – наши мужчины отличаются лживостью, а женщины любвеобильностью.

Следующий вопрос – сколько процентов правды в ваших рассказах? Сто процентов. Можете ли объяснять, почему вы говорите с такой уверенностью, называя эту цифру? Ну, я же сказала - сто процентов. Разве цифры и литература, можно сказать, с такой точностью пересекаются? Да-да, сто процентов.

Изображение

На самом деле, внутренне она уже потеряла уверенность, но всё-таки ей удалось удерживать спокойную внешность. Эти слова «сто процентов», повторяющиеся на третий раз, уже выглядят похожими на дзэн коннотацию. Только три слова, но содержит коннотацию словно всей вселенной. Писатель вместе с зрителями в зале не могли удержаться от восхищения. Глупость молодой неопытной девушки превращается в многозначность литературы. Ничем не отличается от ответов известного мастера дзэн. А можно задать Вам один вопрос? Позвольте спросить. Я уже спросил. Вы уже ответили. Что я ответил? А что я спросил?

Таким образом все как по маслу пошло-поехало. Короткие, словно оборванные на полуслове ответы, состоящие из несколько слов, иногда просто повторяет вопрос. В зале сидят люди, способные на одном услышанном слове придумать десять способов придать значение. Цокали языки с восхищением. Ответы лаконичны и глубоки. Лишь несколько слов, но в них огромная объёмная коннотация. Оборванные на полуслове, но и так понятно все, что не досказала. Ведь если она занимается литературным творчеством, то она никогда не скажет слово без глубоких слоев значения. Её ответы просто не бывают однозначными. Её слова никогда не обронены случайно, как пролетела муха.

***

Всё-таки не обошлись без сомнений. Нашлись зоркие критики, да ещё требовательные дотошные читатели. Девушке трицать лет, однако герои её рассказов все подряд преклонного возраста. Девушка, однако главные герои почти все мужчины. Содержание рассказов часто непосредственно связано с застольем или с пьянством. Вроде малообразованная, однако пишет богатым языком, стиль письма и композиции рассказов отличаются чёткими чертами. Мышление подаётся по-европейскому типу. Для того, чтобы так писать, человек должен быть или очень начитанным, или высокообразованным в европейских традициях.

Несомненно, всеми этими качествами обладает писатель, который прячется за ней. И опытный редактор, который может привести в порядок не очень аккуратный черновик. Писатель, который во время застолья захлопал себе по груди с признанием – это я литературное явление, в этот момент проявил не что иное, как победное удовлетворение тем, что удалось обмануть всех и всю публику. Это его месть за то, что он пишет, и хорошо пишет, однако ему уже давно за 30 лет, и все еще никак не может он приобрести известность. В наше времена, когда все, как могут, пишут, пишут во что есть мочи, писателей вне круга еще больше, чем писатели в круге, блоггеров больше, чем тех, кто печатают книги. Пишет, как тот, даже лучше того, но не может стать известным. Как быть? Он думает, думы его беспокоят денно и нощно, не дают ему заснуть. И нашёл, придумал.

Литературные явления имеют общие черты, общую формулу.

Только что появляющемуся писателю необходимы три фактора для того, чтобы стать литературным явлением, чтобы приобрести известность.

Раз, это должен быть очень молодой возраст. Чтобы восхищались огромным талантом. Надо же, может и так хорошо пишет в таком молодом возрасте!

Два, должна быть женщина. Надо же, женщина, а так может писать!

Три, должен быть выходцем из отдаленных районов. Надо же, в таких трудных условиях всё-таки может так писать!

А все три эти фактора он видит в той молоденькой девушке, работающей у них в редакции скромным корректором. Он вскрикнул про себя: вот он её открыл! Ему хотелось доказать, прежде всего самому себе, что эта страна является местом, где настоящие писатели могут всё писать и писать, и не станут заметным литературным явлением, но стоит взяться за перо какой-то невнятной девчонке, то все СМИ и читатели могут по ней сойти с ума.

Прошло лет пять или семь. Он создал явление, вскамливает её, стоит в темноте за её спиной как кукольный артист, за это время кукла ничуть не изнашивается, а артист проливает пот, а иногда чувствует усталость до невозможности перед тупо смеющейся публикой в своём театре. Он сел тигру на спину, он верхом ездит на тигре, ему хочется избавиться от тигра. Порой в состоянии депрессии он хочет открыть читателям правду. В некоторых текстах, написанных им для её интервью, он делает намёки так, что самые дальновидные, чувствительные, зоркие может быть и поймут. Девушка-то ничего и не понимает, книги ведь другой человек пишет, а на интервью и встрече с читателями иногда такие перлы выдаёт, что сразу всё видно по сравнению с содержанием книги, якобы ею написанной. Однако большинство читателей так и не поняло его намеки. А короткие, как будто оборванные на половину фразы, её ответы по-прежнему, по привычке истолковывают как дзэн коннотации.

Но однажды в газетах написали о литературном скандале в далекой европейской стране. Некий чешский писатель придумал псевдоним Фам Тхи Лан – обычное имя девушки вьетнамского происхождения. Под этим псевдонимом написал книгу о вьетнамской диаспоре в Чехии. Читатели прочитали якобы её книги из любопытства и поверили. Применяется именно такая формула: молодой возраст, женщина, принадлежность к малочисленной диаспоре.

Этот международный скандал подсказал писателю в Южной Корее, что это правильный момент для признания правды. Актуально и своевременно. Нужно использовать ситуацию, чтобы высказать все свои мнения и позицию в этой неразберихе с использованием чужого имени под своими произведениями. Ведь в этом тоже есть своя философия. Одним словом, идеальный шанс для признания и выхода на свет.

Он взвешивал, обдумывал и решился.

Нет.

Он сказал ей.

Нет.

***

А следующее, это то, что сам писатель рассказал мне. Тоже во время застолья. Пригласил меня к себе домой. В застолье участвовали трое: он, она и я.

Он пошел повидаться с гадалкой за советами. Гадалка в высшей степени возбуждённости вскрикнула и сказала, что за ним следует, не отходя ни на шаг, бродячий дух. Он с этим духом вместе сели тигру на спину, и теперь его ждёт верная смерть, если решится сойти. А он подумал и пришел к выводу, что в данной ситуации, если решится правду высказать, то получится большой скандал. Публика, известная легкомыслием своим, будет считать его признание обманом, воровством чужой славы, использованием чужого имени, снятием фотографии в чужом паспорте и приклеиванием своей. Публика никода не согласится на то, что пускай произведения подписаны каким-то любым именем, лишь были бы хорошие. Эта книга, что сейчас пользуется похвалой, признается второсортной, плохой, посредственной, лишь только публика узнает, что её автор на самом деле мужчина, состоявшийся писатель. Публика никогда не посчитает простым делом поменять псевдоним. Это стыд и срам для публики, потому что публика была обманута, недооценена и задета.

Решено. Раз один раз удачно прокукарекал, то в том же духе и продолжай кукарекать. Они договорились на том, что она получает 40 процентов от заработанных доходов. Гонорары от выпущенных книг, гонорары от написанных статей, гонорары от интервью СМИ и встреч с читателями – от всего ей принадлежит 40 процентов. Не сто процентов, как она сказала на первом интервью в живом эфире. Они так между собой делят по-честному, и литературное явление, которое создал он, теперь приносит ему большие доходы. Нелегко ведь отказаться от доходов. И также от удовольствия, что вот таким простым способом ты можешь обмануть всех, заставить всех верить в ложь.

Решено.

***

Так продолжалось несколько месяцев, он приказал себе молчать и забыть. Однако, однажды во время застолья с коллегами, она сидит рядом с ним и ему наливает соджу. Она одна посреди компании пьющих мужчин. Наливает соджу всем присутствующим с самой прилежной заботой.

Точно так, как требует корейский этикет за столом. Бутылку держит в правой руке, левой рукой ладонью держит запястье правой, и сотрапезникам наливает.

Он смотрит на её руки. Левой рукой ладонью держит запястье правой, правой рукой держит бутылку, наливает соджу в чашку. Неожиданно он вырвал бутылку из ее рук. Сам себе наливает.

Так никогда не поведёт себя за столом ни один кореец.

Он решил, что на следующий день публично скажет правду СМИ.

***

Однако на следующий день она вручила ему кипу исписанных бумаг. Рассказ, ею самою написанный. Всё прошедшее время она только перепечатывала рукописи его рассказов. Перепечатывает, запоминает, выучивает, чтобы дать интервью и ответить на вопросы читателей, однако это не её рассказы. Но на этот раз она по-настоящему пишет. Писатель остолбенел. Он изумлён. Прочитав её рассказ, он снял очки, дрожащими руками вытирает стекла, бормочет что-то себе под нос. Вот что значит настоящая литература. Настоящая литература.

Рассказ вышел, читатели снова восхищаются Ким Сун Ми, которая так сумела саму себя обновить. Похвал и до этого хватало, армия поклоников ежедневно пополняется, однако дальновидные ценители, да и сам писатель, знают, что его таланта еле-еле хватит на небольшой ещё отрезок дороги, ведь он уже повторяется, уже потёртость написанного чувствуется. Однако он должен продолжать этот путь ради денег, должен продолжать, потому что уже невозможно остановиться, а в глубине души уже надоело. Однако этот её рассказ по-настоящему вернул к жизни умирающий псевдоним. Он вот-вот упал бы на беговой дорожке, она как раз и появилась, приняла палку эстафеты из его рук. Его стиль письма впитан в её стиль, она только внесла в него свой собственный, отличительный, ещё не обработанный инстинкт. Он, хотя хорошо осознает, что этим одним инстинктом далеко им вдвоём тоже не уйти, однако это поможет продолжить путь, которым им вдвоём предстоит идти вместе.

Сейчас даже если он правду откроет, что все прежние рассказы написал он, всё равно ему ни за что не поверят. Публика будет считать это заявление его попыткой поскандалить, присвоить чужую славу, замарать имя молодой писательницы Ким Сун Ми.

Послушавшись гадалку, он молчит.

Даже сейчас, когда он и она вместе, вдвоем, рассказывают иностранному коллеге, такому, как я, всю правду, тоже это ни к чему. Знаю я, ну и что. Если даже я всю эту странную историю опубликую в СМИ, всё равно подумают, что это я таким выдуманным скандалом хочу привлечь к себе внимание.

И случилось то, что не всегда и не всем дано понять – она, бывший скромный корректор, ставшим громкого имени писателем, стала близким другом в его семье. Что-то такое в духе любовной истории, ставшей действительностью. Они, один живет в душе другого, попеременно пишут под одним псевдонимом, на эстафетной дорожке друг другу силу прибавляют и дух поднимают. Даже если им обоим известно, что им далеко не бежать, но раз уже связаны друг с другом таким образом, то должны продолжить.

Она становится частой гостью в его доме, вместе с его женой делает кимчи кимбаб, в конце недели вместе делает вкусные деликатесы, шикарно проводят поездки на свежий воздух всей семьей. Бывает так, что если к концу недели она не появляется, о ней сразу упоминают его жена и дочь. Было, однажды она упала, себе перелом ноги заработала, его жена приехала за ней в её дом, на коляске доставила её на автобус, привезла её на коляске к себе домой в гости, они весело провели время за столом и разговорами, а к вечеру доставила её обратно на коляске на автобусе до самого её дома. Таким образом она, его коллега, стала близкой подругой его жены. Только всё, что касается литературы, они обсуждают между собой, за спиной его жены. Если рассказ написал он, то первым делом даёт ей почитать. А если рассказ написала она, то он станет первым читателем. Обсуждают детали и публикуют рассказ под общим псевдонимом только тогда, когда достигают полного согласия. Если рассказ написала она, то она получает 60% гонорара, а он – 40%.

Бывают супружеские пары, муж пишет под именем жены, или влюблённые пары, он пишет под её именем. Стихи издаются в изобилии, однако когда расстаются, то под этим псевдонимом больше не публикуется ничего. Кончено. Однако эти двое не будут такими. Допустим, в последствие, даже если они друг с другом больше не будут дружить, она продолжит писать. И дружить с его женой. Жена писателя любит произведения, подписанные её именем. Жена писателя, наверное, тоже почувствовала что-то такое, что существует между этой девушкой и своим мужем, однако что это - она так и не может конкретно проанализировать.

А она, бывший корректор, став писателем, сейчас работает штатным редактором в редакции журнала. Она как прежде молчит и улыбается, ничем не поменялось. Публика очарована её молчаливостью, многозначно-малословной улыбкой. И верят, что молчание и улыбка так же глубоко многозначны, как дзэн коннотация.

***

Я не намерен пересказываться первый рассказ молодой писательницы, ставший новым мощным дуновением, которое восстановило силу творчества состоявшегося писателю. Пересказать литературное произведение суть самый эффективный способ убить это произведение. Настоящая литература требует непосредственно прочитать каждое слово текста, чтобы понять и оценить её достоинства

Однако этот рассказ связан с фактом, когда он вырвал бутылку соджу из её рук, сам себе налил. С тех пор ты мне больше не нужна. Она начала писать в порыве гнева. Она вспоминает, как в её родной деревне вражда между двумя родами началась именно с этого жеста наливания соджу. Во время деревенского традиционного праздника неведомо почему зажглась словесная перепалка между двумя мужчинами–представителями двумя крупных родов. Уж не помнят, как так случилось-получилось, но один почтенный старик вырвал бутылку соджу из рук представителя другого рода, сам себе налил. Ты мне больше не нужен. Они с ножами подрались прямо посреди праздника. Один из них поплатился своей жизнью. Сыновья и родичи погибшего принесли домой ту чашку соджу, поставив на семейный алтарь в ожидании, пока жидкость в чашке высохнет. А когда та чашка высохла, достали ножи и ружья, поджидая удобый случай убить соперника своего отца и деда. Зуб за зуб. Око за око. Подумали в деревне – вот восстановлен мир. Однако родичи второго тоже налили чашку соджу, поставили на семейный алтарь в ожидании её высыхания, после чего собрались с оружием, поджидали случай убить старшего сына сопернического рода.

Таким образом, между двумя родами до сих пор высыхает много, очень много чашек соджу.

Этот рассказ она назвала «Высохшая чашка соджу».


* соджу - корейская разновидность водки, без которой немыслимы застолья у корейцев.


(Фото переводчика сейчас в Южной Корее - viewtopic.php?p=61334#p61334 )
Аватара пользователя
tykva
 
Сообщения: 358
Зарегистрирован: 22 окт 2009, 10:48
Откуда: Ханой

Re: Хо Ань Тхай. Рассказы - перевод Куинь Хыонг

Сообщение tykva » 08 мар 2016, 11:11

Девять Mиллионов, Tри Mиллиона, Два Mиллиона и Баскетбол

Рассказ

Хо Ань Тхай

Три девушки. К концу первого курса на актёрском факультете они получили свои первые роли в кино. На самом деле, была выбрана только одна из них на главную роль. Однако та решительно заявляет, не пойду, если близкие подруги не получат второстепенные роли. В другой ситуации ей скажут до-свидания, у нас так не принято, чтобы были такие хвосты-приложения, у нас в очереди и так ждут настоящие супер-звезды. Но это фильм спонсирован неким вьетнамским экспатриатом, который платит за создание фильма о своей несостояшейся любви в далёкой молодости. Он видит в этой девушке свою возлюбленную сорок пять лет тому назад. Тогда возлюбленная позвала его покинуть оккупированный город в свободную зону сопротивления, но он за ней не последовал. Таким образом пара навсегда осталась разделена – он стал экспатриатом, проживающим в другой стране, но всей душой остающимся патриотом, а она стала революционеркой с большим стажем.

Экспатриат-спонсор соглашается добавить в сценарий подруг своей возлюбленной. Гонорар для возлюбленной определён в размере девять миллионов донгов. Подруги возлюбленной получат соответственно три миллиона и два миллиона. Все три девушки будут принять участие в создании фильма в качестве артисток. Можно предположить, что все они станут в будущем известными артистками, поэтому мы в этом рассказе не будем называть их имена. Назовём их просто – Девять Миллионов, Три Миллиона и Два Миллиона, хотя деньгами называть людей, на самом деле, нехорошо.

Они втроём решили поехать на остров Катбинь заранее. За пять дней до прибытия всего киноэкипажа. Этих пяти дней хватит им для купания, прогулок и ознакомления с местностью, где им предстоит играть. И на этом острове они увидели Баскетбола. Это они так назвали мужчину из-за его высокого роста, видного стана, как у баскетболиста. Он является зятем высокопоставленной персоны, так что мы тоже не будем называть его имя. Просто назовём его Баскетболом.

На самом деле он потерял свое собственное имя, когда женился и утонул в тени высокопоставленного тестя. Везде его представляют как зять почтенного господина Y, и это достаточно, ведь никому не нужно знать имя, образование, пост или профессию безымянного, бессмысленного мужчины по имени X.

На пляже сидит только один мужчина. Это в глазах трёх восемнадцатилетних девушек. А на самом деле на пляже довольно многолюдно, но этот мужчина особо выделяется своим большим ростом, лицо веет грустью, а карие интровертные глаза смотрят в даль. Он вышел в море покупаться чуток, а потом сидел долго в одиночку за столом в укромном месте. Наши три девушки прошли мимо, махая ему руками в знак приветствия. Он улыбнулся им в ответ. Эта вежливая улыбка коверкает красивые правильные черты лица.

Выражение его лица полно тёмным замыслом, словно обдумывает переплыть море после совершения преступления. Три Миллиона говорит. Он похож на удачливого бизнесмена, только что получившего смертельный удар по бизнесу. Говорит Два Миллиона. Кажется, вы обе правы, и обе не правы. Говорит Девять Миллионов. Сейчас девушки втроём говорят. Они начинают анализировать психологический портрет героя по выученной теории. У них ни у кого ещё не было любимого парня.

Неизвестно было, кто первым придумал эту игру. Решено, что они сыграют любовную сценку с Баскетболом. На худой конец узнают, кто он, относится ли к какому-то из типов людей, о которых они подумали. Будем считать, что это очередное домашнее задание, такие задания они втроём часто выполняют по учебной программе.

Девять Миллионов будет главной героиней. Три Миллиона будет помощником режиссёра-постановщика. Два Миллиона будет режиссёром-постановщиком. Так часто бывает в жизни, когда самый посредственный дает указания лучшему в актёрской игре.

День первый

Время: Днём, с 3 ч по 6 ч дня.
Место: Пляж, и у стола в укромном месте.

После шести, как договорились, Девять Миллионов делает доклад, рассказывая свой сыгранный эпизод перед комиссией из авторов сценария и режиссёра-постановщика.

«Он говорит – Да я вдвое старше тебя. Спрашиваю я, откуда ты знаешь. Он говорит – так сама же сказала, что только закончила первый курс университета, выходит тебе восемнадцать. Мне тридцать шесть. Значит, я вдвое старше тебя...».

- Едва начали, и уже о возрасте... не получится любовная сцена. – Покачивая головой, комментирует Два Миллиона.

«Теперь он боится любви, он старается убежать от любви».

- Слышится слащавый голос ловеласа. – Говорит Три Миллиона.

- Неправда. Я, например, я тоже стараюсь убежать от любви. – Возражает Девять Миллионов и продолжает свой рассказ.

Баскетбол говорит, что он недавно совершил роковую ошибку. Из-за своей нерешительной застенчивости Девять Миллионов не спросила, что это за ошибка. Сам Баскетбол об этом более конкретно тоже не рассказывает. Он перешёл на тему своей первой любви в восемнадцать лет. Он полюбил ровесницу-однокурсницу в институте. Они сильно любили друг друга целых шесть лет, что очень редко в нашем скоростном мире. И они поженились, у них родилась дочка, которой в этом году исполнилось одиннадцать лет. Тут следует напомнить, что жена Баскетбола является дочерью высокопоставленной персоны Y.

- Aх так, он оказывается "шахтёр"*! - Три Миллиона вскрикнула с победным чувством. - Он женился на дочке по любви к её отцу. "Шахтёры" часто гибнут в вырытых собственными руками шахтах.

(* "шахтёрами" во Вьетнаме называют мужчин-альфонсов, которые ищут "полезные ископаемые" в "шахте" жены).

Нет, не так, когда влюбился в эту девушку Баскетбол ведь не знал, кто её родители. Высокопоставленные персоны или из простого люда. Хотя именно так их любовь за их спиной и обсуждалась. Он не виноват, что его девушка родилась в такой семье. И его возлюбленная девушка тоже не виновата. Однако надо признать, что благодаря покровительству семьи тестя, у него на работе всё как по маслу наладилось. В компании, где работает, и в партнёрских, куда ходил он по деловым целям.

- А красива ли его жена? - Два Миллиона с озабоченным видом уронила вопрос в пустоту.

Мужчины с красивой внешностью часто попадают в любовную сеть к дурнушкам. Делает обобщение Три Миллиона. Среди девушек она отличается самым трезвым умом и резонностью. Красота, богатство, известность, слава и власть относятся к тем вещам, что Бог уделяет людям по каплям. Поровну. Никто не получает ни больше, ни меньше положенного. Если кто по несчастью получает что-то больше положенного, то потом придётся жёстко расплатиться. Исходя из такого убеждения Три Миллиона, дочки у высокопоставленных пап не бывают красивыми. Жена Баскетбола некрасива. Про её внешность Девять Миллионов должна выяснить во втором акте игры.

Второй день

Время: Утром, с 6 ч 30 мн по 8 ч 30 мн.
Место: Пляж.
Второстепенные роли вдалеке от главной сцены играют с волнами.

Время: Днём. С 2 ч 30 мн по 5 ч 45 мн.
Место: У причала, с видом на залив.

Выяснилось, что жена Баскетбола оказывается писанной красавицей. Он показал Девять Миллионов фотографию – портрет своей жены, который хранит в нагрудном кармане рубашки в переплёте маленькой записной книжки.

- Возможно, она просто фотогенична. Или много потратила на свою красоту. – Высказывает догадку Три Миллиона, и приходит к умозаключению – умные мужчины никогда не женятся на красивых женщинах.

- Ты говоришь, таким образом, получается, или он глупый, или она некрасивая? - Спрашивает Два Миллиона.

- Гуляет с другой женщиной, однако чувствует, как будто находится рядом с женой. Это психологический обман, чтобы прикрыть чувство своей вины. - Говорит Три Миллиона.

- Что ты бы подумал, если бы твоя жена где-то тоже нашла мужчину, который чем-то смахивает на тебя? Спрашивает Девять Миллионов. Баскетбол с грустью кивает головой. Его точно также спрашивали некоторые из его друзей. Однако он абсолютно верит своей жене. Она не из тех, кто ищет кратковременные увлечения. Она исповедует вечные ценности. Иногда ночью он звонит жене. И чувствует себе на седьмом небе при посылании воздушных поцелуев жене по телефону.

- Я убеждена, что та тоже не сидит сложа руки, когда муж дома перебирает внебрачные связи. Пустить жену одну в Европу, все равно что оставить дорогой мотоцикл без присмотра возле озера Возвращённого Меча. - Говорит Три Миллиона.

- А ты так жестоко о людях не смей судить. - Останавливает подругу Девять Миллионов.

Три Миллиона с сомнением посмотрела на свою подругу. Кажется ей, что артистка-шпионка начинает увлекаться объектом своей слежки. Забудет она свою роль и вживётся в свою героиню. Два Миллиона, наоборот, поддерживает такую всецелую игру, только так роль получится живой, правдоподобной и не произведёт впечатление наигранности. Так учит Станиславский. Однако Три Миллиона следует школе Бертольта Брехта. Однажды Брехт посетил кладбище, где увидел две могилы, рядом друг с другом. На надгробной плите у одной надпись «Здесь покоится самый хороший артист», а у другой – «Здесь покоится самый хороший зритель». Выяснил ситуацию, оказывается, во время спектакля один зритель неожиданно встал со своего места, выстрелил в артиста, играющего отрицательного героя. Момент спустя, он заметил, что ошибся, поэтому выстрелил в себя. Брехт сказал, надписи на этих могилах нужно переделать - «Здесь покоится самый плохой артист», а у другой – «Здесь покоится самый плохой зритель». Ведь он считает, что театральное искусство должно находиться чуть-чуть на расстоянии с жизнью, так, чтобы артисты и зрители всецело отдавались своим эмоциям при полном осознании, что они находятся в театре на спектакле.

- Нельзя быть такой глупой, что забыться и сливаться в одно целое со своей героиней. - Три Миллиона наставляет Девять Миллионов.

Третий день

Время: Всё утро
Место: Пещера Тунгкау.
Девять Миллионов вдвоем с Баскетболом, без подруг, прогуливаются. Подруги вертятся на пляже у берега залива в ожидании её возращения.

Любовник жены вдруг изменился до неузнаваемости. В приступе безрассудности он нещадно бил её. Он хотел убежать, укрыться, но не смог смыться. Его с экстрадицией выдают на Родину. Она любой ценой добилась бросить учебу, следуя за ним. Только тогда узнал об обстоятельстве дел сам Баскетбол. Он позвонил жене. Забудь всё, я тебя прощаю. Нет, не забуду. Буду помнить. Кто ты такой, чтобы меня прощать. Хотели ему вред причинить, превратить его в нищего, вот я пойду за ним вслед, тоже стану нищей, чтобы ему было пара. Баскетбол никак не мог ожидать, что когда-то бывшая его нежная, застенчивая возлюбленная, а в настоящее время терпеливая жена в одночасье превратилась во взъерошенную львицу, ему в лицо ревом бросившую такую ругань. Она и на самом деле оставила учебу, возвратившись на Родину, вслед за свои любовником, так чтобы снова получить от него побои. Она также следовала за ним повсюду в ходатайстве против решения о его наказании. Два года Баскетбол терпеливо уговаривал жену, оберегая её от саморазрушения. Однако все его слова прошли мимо её ушей.

Недавно Баскетболу пришлось подписать заявление на развод.
Подписав, он уехал сюда.
Подписав, он думает, что совершил роковую ошибку. Он все ещё верит в способность человека исправиться.

- Разочаруется. Жена его ведёт себя как бабочка-однодневка, всё ищет огонь, пока не сгорит в нём. - Говорит Два Миллиона.

- Жалко его. - Девять Миллионов тихим шепотом проговаривает, как самой себе.

- Перестань жалеть напрасно. Запомни Брехта. Осознай, что ты лишь играешь роль. - Самым серьезным тоном наставляет Три Миллиона.

Девять Миллионов пропадает с Баскетболом весь вечер. К 8 часам ночи Два Миллиона уже не могла отстаивать свой взгляд на необходимость всецело отдаться игре актёров. Девушки побежали на пляж. Ночь стоит тёмной, без луны. Под кокосами, под кустами казуарины, везде они видят пары в любовных позах. Ох, какая рискованная она, ох, какая ужасная девка... Ох, какой шустрый малый этот Баскетбол. Девушки воркуют, девушки шипят, девушки зовут, но не смея громко, только шёпотом, имя своей подруги. Ау, Девять Миллионов, Девять Миллионов, ау, где ты. Разумеется, они окликают её по настоящему имени, но мы, как сначала уже договорились, не будем назвать настоящие имена участников этой истории.

День четвертый

Ранним утром послышался прощальный гудок пассажирского парохода на причале. Низкий хриплый, как стон. Резким движением встала в своей постели Девять Миллонов, побежала к окну и смотрит в эту сторону. Пароход медленным, нерешительным ходом покачивается по морской поверхности, окутанной густым паром.

- Уехал.
Девять Миллионов прошептала с явной растерянностью.

- Неужели занавес?
Режиссер-постановщик Два Миллиона показывает своё сомнение перед таким завершением спектакля.

Пароход почти исчезает из виду в густой белесой пелене.

Вдруг все три девушки увидели Баскетбола, бегущего через двор под темно-синим зонтом. Вот он бежит по коридору, в сторону их номера. Девять Миллионов вспешке открыла дверь, убежала за дом и прячется на веранде.

Две остальные девушки гостеприимно приглашает Баскетбола в номер. Убежала Девять Миллионов, значит не хочет вас видеть. Если есть что ей передать, скажите нам.

- Убежала? А, конечно, у неё веская причина меня избегать. Но именно по этой причине я должен был отменить поездку сегодня. Не могу уехать, ещё не сказав ей одно...

Баскетбол выражает сочувствие Девяти Миллионам. Ведь совсем недавно экспатриат из заморских краёв приехал сюда в поисках её матери, чтобы получить весть о её смерти, случившейся три года назад. Он сказал, что она очень похожа на мать около полвека назад. Оказывается, у матери, которая горько спилась в последние годы жизни, была славная насыщенная событиями молодость. Однако появление экспатриата вызывает у неё ещё неутихающую боль о матери...

Три Миллиона надувает губы. Два Миллиона про себя восхищается, надо же, как подруга глубоко сумела вжиться в свою героиню. Она начала говорить с робкостью:
- Вот что, уважаемый Баскетбол...
- Вы меня баскетболом называли?
- Да, потому что вы внешностью похожи на баскетболиста.
- Ладно, и Баскетбол сойдёт, пусть будет по вашему. Но я люблю теннис и плавание. А что касается профессии, то я занимаюсь производством карандашей.

Нелегко, на самом деле, представить себе такого огромного роста мужчину, который кропотливо возится с маленькими карандашами.

- Уважаемый Баскетбол, примите наше извинение за все случившееся. Мы – артистки. Это всё было сценкой, репетицией перед фильмом, который начнут снимать завтра. Завтра вы увидите, как приедет на работу наш киноэкипаж. Просим прощение.
Собрав всю отважность, Два Миллиона выдала на одном дыхании.

- Спектакль? Кино?
Баскетбол сник. Но неожиданно возбудился, подумав. Нет, рассказ о том, как её мать в опьянённом состоянии заперла её с собой вдвоём в доме и подожгла этот дом, никак не может быть из спектакля или кино. Ведь её мать умерла в пожаре. Её саму спасли соседи. На её спине остаётся большой шрам от ожога. Об этом хорошо знает Баскетбол.

Остолбенев, Два Миллиона взглядом ищет Три Миллиона.

- Я решил сегодня уехать на утренном пароходе, но в последний момент понял, что нельзя так уехать. Я вернулся сюда сказать ей, что уеду не потому, что испугался шрама на её спине.

Сделав длинный выдох, он продолжает:
- Прошу вас передать ей, что не стоит из-за этого шрама упорно убегать от друга, который имеет хорошее расположение и благородные намерения.

Баскетбол возвращается к себе в гостиницу под дождем. Девушки заходят за дом, где находят Девять Миллионов, бессмысленно считающую капли дождя на веранде. Три Миллиона неожиданным жестом подняла рубашку на спине Девять Миллионов.

Обнаруживается неровный шрам, размером с лист индийского миндаля, который грозно зияет на спине.

Девушки вздрогнули в молчании. Проучились вместе и продружили уже год, и так выходит, что они ничего абсолютно не знали о своей подруге.

Не зная, что сказать, девушки начинают жаловаться на погоду, которая ни за что ни про что вдруг поменялась от радостно солнечной в пасмурно дождливую. В такую дождливую погоду кому удастся снять кино! Завтра, когда приедет киноэкипаж, они спросят у режиссёра, за какую сторону он отдаёт свой голос - за Станиславского или за Брехта. А то их подруга Девять Миллионов, которая одновременно за и Станиславского и за Брехта, так сильно свою душу истязает.

Посмотрим, как они будут бороться с режиссёром, чтобы вычеркнуть сцену, где Девять Миллионов должна прогуляться на пляже в открытом бикини. Ну откуда во Вьетнаме полвека назад взялся бы бикини на пляжах?
Аватара пользователя
tykva
 
Сообщения: 358
Зарегистрирован: 22 окт 2009, 10:48
Откуда: Ханой

Re: Хо Ань Тхай. Рассказы - перевод Куинь Хыонг

Сообщение tykva » 10 мар 2016, 07:32

Писатель Хо Ань Тхай (1960 г рождения), дипломат, специалист по Индии и арабским языкам, заместитель вьетнамского посла в Иране (с 2011 по 2015), в настоящее время является заместителем вьетнамского посла в Индонезии. С 2000 по 2010 был председателем Ассоциации ханойских писателей. Член исполнительного комитета Общества вьетнамских писателей с 2005 по 2010.
Аватара пользователя
tykva
 
Сообщения: 358
Зарегистрирован: 22 окт 2009, 10:48
Откуда: Ханой

Re: Хо Ань Тхай. Рассказы - перевод Куинь Хыонг

Сообщение tykva » 12 мар 2016, 17:05

Инсталляция

Рассказ

Хо Ань Тхай

Фотография.
Баночка с таблетками.
Дорожная сумка марки Самсонайт.
Костюм в шифоньере.

У постояльца номера 37 выложены, всего навсего, эти перечисленные вещи. В 10 часов утра, когда вошла уборщица в номер, постоялец уже ушёл. Это был мужчина. Об этом свидетельствует костюм в шифоньере. Длина брюк примерно 110 см. Рубашка размера 42. Должно быть, высокого роста и довольно крупного телосложения. В номере пахло лёгким мужским ароматом.

Чёрно-белая фотография снята, наверно, более 20 лет тому назад. Западное озеро. Очень широкое, словно залив, другой берег еле-еле виден. Не то, что намного суженное, как деревенский пруд, каким представляется озеро в настоящее время. Студенческая на вид пара. Он слегка кладёт свою руку на её плечо, так слегка, что пальцами еле-еле касается края её плеча, жест, который свидетельствует о их близости, однако эта близость не совсем победила застенчивость, которая вот-вот заставит парня убрать руку. Она же как будто хочет подальше держаться от него. Они были друзьями. Может быть, даже влюбленная пара. Но никак не муж и жена.

Эта фотография стоит у подножия ночного светильника на комоде у изголовья кровати. Уборщица включила светильник. Молодые лица на фотографии светятся. Она отличается жизнерадостностью, ямочки на щеках видны ровно настолько, сколько хватает для девичей привлекательности, но не делает её кокеткой. У него глаза блестящие, словно влажные, с грустинкой.

У фотографии стоит баночка с таблетками. Довольно много таблеток. На этикетке напечатаны непонятные слова на чужом языке. Неизвестно, от чего таблетки.

Дорожная сумка валяется на сидении дивана. На ручке ещё прикреплена бирка авиакомпании, где написаны номер рейса и путь следования Хошимин-Ханой. Уборщица поднимает её, чтобы удобнее было вытирать сидения дивана. Сумка закрыта на застёжку-молнию. Наглухо.

Те же вещи.
В ванной появляются трусы.
Шприц.
Два неиспользованные ампулы инсулина.

При виде шприца уборщица вздрогнула, однако успокоилась сразу. Не наркотики же. У постояльца сахарный диабет. И щприц имеет приличный вид, не то, что швыряют в кустах у берегов Западного озера непосредственно вне стены гостиницы.

Фотография лежит у подножья светильника в такой позиции, что пара лежит в очень нестабильном положении. Она наверху, а он – внизу. Уборщица поднимает фотографию. Блестящие до влажности с грустинкой глаза парня заставляют её перебирать в памяти лица своих знакомых мужского пола. Ей кажется, что у парня, который когда-то ей нравился, точно такие же глаза.

Она ещё раз вздрогнула. Вспомнила. Вчера вечером, когда закончилась у неё смена, она уже совсем собралась домой и неожиданно увидела женщину, которая входила в гостиницу. Ей показалось, у этой дамы очень знакомое лицо. Она тогда подумала – одна из постоялиц. И забыла про неё. Однако сейчас, смотря на эту фотографию, она вспомнила вчеряшнюю гостью и её лицо с легкими ямочками на щеках. Эта женщина была девушка на фотографии. Вчера она навестила постояльца этого номера.

В корзине лежат две пустые, использованные ампулы инсулина. Три использованных презерватива. Уборщица освобождает содержимое корзины и уносит мусор.

Вечером она нарочно нашла себе работу, чтобы чуточку позднее остаться в гостинице после смены, подсмотреть на мужчину. Если повезёт, может, она увидит и женщину. Может быть, и сегодня она будет посещать своего мужчину. Однако она вынуждена покинуть место работы ни с чем, никого не увидев.

Фотография лежит лицевой стороной вниз, выставляя напоказ цифры, написанные шариковой ручкой - 2 мая 1982.
Два использованные ампулы инсулина.
Два использованных презерватива.
Всё лежит в корзине.
В углу ванной лежит куча чёрной золы, еще сохраняя форму неровных листов бумаги.

Уборщица полила водой, чтобы смыть золу. Остались несгоревшие куски бумаги. Старые письма, написанные рукой девушки фиолетовыми чернилами, кажется, еще читается слово «понять» или «помнить». Некоторые обрывки квитанций, оставшиеся цифры ни о чем не свидетельствуют. Уборщица поднимает эти клочки бумаги, бросает их в мусор, чтобы отнести в общую урну.

Баночка с таблетками, шприц, вчерашние трусы в ванной, костюм в шифоньере... исчезли. Само собой разумеется, все сложены, всё лежит в той дорожной сумке, наглухо закрытой на застёжке-молнии. Надо предположить, что постоялец собирается в дорогу. Обратно в Хошимин.

Сделав уборку, уборщица снова засмотрелась на парня на фотографии. Она про себя признаёт, что влюблена в него. Она аккуратно поставила фотографию у подножия светильника и ушла из номера, закрыв дверь.

Полдень. Ровно в 12 часов. Час, когда Водяной топит людей в озерах и реках. Со стороны Западного озера доносятся человеческие голоса и звуки торопливых человеческих ног. Крик о помощи утопающему. Не ново. Тут на этом озере временами случается. Уборщицы из-за занятости не посмели бросить работу и побежать туда поглазеть. Некоторые подошли к окну, смотрят в ту сторону. Густые кроны деревьев заслоняют взор, всё равно не видно ничего. Спрашивают вниз бегущих людей. Кто там утонул, давно ли, лицом вниз или вверх. Ответы разные. Шумиха длится недолго. И в результате так и не смогли выяснить утопленник там жив или мертв. Знают только, это был мужчина.

Знаю вас. Уборщица шёпотом про себя говорит мужчине на фотографии. Как будто он стоит в номере, перед ней.

Откуда ты знаешь человека, которого никогда не видела в глаза?

Я знаю вас. Уже много времени вижу вас перед собой.

На этот раз мужчина может только улыбнуться в ответ. Это часто бывает у вьетнамцев. Они улыбаются, чтобы избавиться, уйти от всех трудных ситуаций.

Сердце у уборщицы участилось. Странно. Предчувствие близкой беды. Что-то такое необъяснимое заставляет её бежать обратно в номер 37, открыть дверь и войти. Как прежде, валяется на диване дорожная сумка, наверное, со всем содержимым. Фотография слетела на пол, валяется у шифоньера. Она поднимает её, и только сейчас замечает бумажку у подножия светильника. Две строчки, написанные ручкой с тонким пером.

Никто не виноват.
Я сам свою судьбу определил.
И подпись.
Полное имя и фамилия мужчины.
Женщина.
Уборщица.
В кучу навалены наволочки и простыни.

Cледующий день. Уборщица собирает из номеров использованные наволочки и простыни в кучу, спускается в передний двор гостиницы, готовясь отнести бельё в стирку. Входит женщина с ямочками, еле-еле видными на щеках. Уборщица уже столько раз смотрела на девушку на фотографии, что кажется, стоит ей выйти из рамки, то сразу превратится в эту женщину. Она не знает что вчера случилось с мужчиной-постояльцем номер 37.

Уборщица проникается жалостью к паре на фотографии. Она не хочет, чтобы женщина подошла к ресепшн, попросив мужчину, и только после этого узнала бы о случившемся. Она позвала женщину, повела её за ворота гостиницы, там рассказала ей. Всё до конца. Всё кончено. Вернитесь к себе. Если надо обязательно его найти, то найдёте где-то в другом месте. Если войдёте в гостиницу, чего доброго, вас допросит ещё милиция, от вас добудут всё до деталей до ниточек. Шум поднимать незачем.

Знаю вас. Уборщица сказала коротко.
Да? Спасибо. Женщина сказала с сухими глазами, кажется, даже сама не понимает, что сказала.
Я знаю вас. Уборщица повторяет про себя, когда женщина скрылась из виду.
В кошелке у уборщицы остаётся фотография молодой пары. Когда побежала сказать владельцу гостиницы о бумажке, найденной в номере 37, она спрятала фотографию для себя. Сама не понимает, для чего.

На дверь номера 37 стоит бумажка с печатью.
Женщина с южным говором.
Три носовых платка в её сумке.
Владелец гостиницы.
Уборщица.

Вечером директор гостиницы велит уборщице подняться с ключом в номер 37. Вместе с директором гостиницы поднимается и женщина, только что прилетавшая из Хошимина. Они сорвали бумажку с печатью, открыли номер, передали той женщине дорожную сумку. Она непрерывно бормотала «жалко», «жалко». Слезы в три ручья текут. Поднимает к глазам носовый платок, но замечает, что он промокший, она открывает свою сумку и достаёт оттуда другой носовый платок. Уборщица уголком глаза заметила, там в сумке лежит третий.

Бумажка с печатью содрана с двери. Даже следы от клея начисто стёрли. Номер 37 готов к поступлению новых постояльцев.

Фотография.
Баночка с таблетками.
Дорожная сумка марки Самсонайт
Два костюма в шифоньере.

Полгода спустя уборщица входит в номер 36. Она вздрагивает. Та же самая дорожная сумка, хотя бирка от авиакомпании уже сорвана. Один из двух костюмов в шифоньере был тот, что она видела в прежний раз – ведь она хорошо запомнила размер рубашки и длину брюк. Баночка с таблетами издаёт легкие звуки при встряхивании. На ней напечатаны слова на чужом языке, непонятно, от чего таблетки.

Уборщица не верит своим глазам. У подножья светильника стоит фотография. Та же молодая пара, однако на этой фотографии кроме них ещё трое молодых парней. Они задорно подхватывают пару молодых людей, заставляют девушку встать поближе к парню для фотографии. Именно он, парень с влажными глазами. Именно она, девушка с еле видными ямочками на щеках.

Знаю вас. Уборщица шёпотом про себя говорит мужчине на фотографии. Как будто он стоит в номере, перед ней.
Откуда ты знаешь человека, которого никогда не видела в глаза?
Я знаю вас. Уже много времени вижу вас перед собой.
На этот раз мужчина может только улыбаться в ответ. Это часто бывает у вьетнамцев. Они улыбаются, чтобы избавиться, уйти от всех трудных ситуаций.
Сегодня она решила попросить продлить смену, у неё есть на это причина, что у неё дома все уехали в родную деревню, ей не хочется возвращаться домой одной. Она будет дожидаться этого мужчину, который в прошлый раз был в номере 37, а на этот раз в номере 36. Она не почувствует застенчивости и первой начнёт разговор с ним. Я знаю вас.

Художник-инсталлятор напоминает автору данного рассказа, что он забыл про наличие шприца и ампулы инсулина. Он также забыл, что ещё одна фотография лежит в кошельке у уборщицы.
А я уверен, что забыл ещё некоторые вещи или участников истории. В инсталляции всегда будут исчезать без следа некоторые материалы. Даже художник может исчезнуть.
Аватара пользователя
tykva
 
Сообщения: 358
Зарегистрирован: 22 окт 2009, 10:48
Откуда: Ханой


Вернуться в Литература - вьетнамская и про Вьетнам

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

cron